**1960-е. Анна.** Запах воска для пола и пирога с яблоками. Каждый день — один и тот же узор: завтрак для мужа, школа для детей, стирка. Измена пришла не с криком, а с тихим шелестом в кармане его пиджака — обрывком чека из ресторана, где они никогда не были вдвоем. Мир сузился до размеров кухни, где она молча смотрела, как закипает чайник. Сказать кому-то? Стыд был гуще, чем джем в её банках. Она просто стала стирать его рубашки ещё тщательнее, как будто могла отстирать сам поступок. Её бунт выражался в идеально выглаженных простынях и тишине, которая звенела в ушах по вечерам.
**1980-е. Ирина.** Её жизнь сверкала, как хрустальная люстра в их новой «девятиэтажке»: приёмы, дефицитные духи, поездки на юг. Измену она учуяла раньше, чем увидела — в его новом, слишком дорогом одеколоне, в частых «задержках на работе». Подтверждение нашла случайно, набрав не тот номер на громоздком дисковом телефоне. Голос другой женщины прозвучал как пощёчина. Но Ирина не Анна. Она не стала молчать. Скандал был громким, как её любимые зарубежные пластинки. Она выставила его вещи на лестничную клетку, устроила шумную вечеринку для своих подруг и потребовала развода, забрав машину и дачу. Её боль пряталась под слоем яркой помады и дерзкого смеха в кафе «Москва». Главное — чтобы видели, что она победительница.
**Конец 2010-х. Марина.** Её мир — это скорость, контракты и переговоры. Измену она обнаружила в облачном хранилище, случайно открыв общий альбом на его планшете. Фотографии. Смех. Поездка, о которой он сказал, что был в командировке. Не было ни запаха духов, ни найденных записок — только цифровые следы, холодные и неопровержимые. Её первая реакция была не эмоциональной, а стратегической: скриншоты, консультация с коллегой по бракоразводным процессам, анализ совместных активов. Боль пришла позже, глухая и тяжёлая, когда она в полночь в одиночестве листала эти снимки на экране ноутбука. Но слёзы высохли быстро. На утро она уже отправила ему лаконичное письмо с предложением обсудить условия расставания. Её битва будет вестись не на кухне и не в гостиной, а в юридическом поле, пункт за пунктом.
